DisCollection.ru

Авторефераты и темы диссертаций


Гендерная метафора как отражение культурного концепта «маскулинность» во французском языке

Белова Татьяна Мухорамовна, 28.10.2007

 

Количественный состав ГЯМ, объективирующих концепт «masculinite» во французском языке и выделенных по формально-семантическому признаку

Название семантической группы К-во ГЯМ в данной семант. группе % соотношение ГЯМ

Обозначения мужчин 20 ГЯМ 25 %

Отрицательные характеристики мужчины 37 ГЯМ 46,25 %

Положительные характеристики мужчины 9 ГЯМ 11,25 %

Мужской труд 7 ГЯМ 8,75 %

Продолжение таблицы 1

(социальные роли)

Внешность мужчины 7 ГЯМ 8,75 %

Итого 80 ГЯМ 100 %

Обнаружено, что группа, репрезентирующая отрицательные характеристики мужчины, является наиболее многочисленной – 37 ГЯМ (46,25 %). Группа ГЯМ, в которых речь идёт о внешности мужчины, является наименее многочисленной – 7 ГЯМ (8,75 %). Это объясняется, на наш взгляд, тем, что долгое время мужчина занимал главенствующее положение во французском обществе, где он мог вести себя так, как он хочет, и быть грубым, слабохарактерным, глупым, хитрым и т. д. Внешность мужчины не являлась для него важным качеством.

80 ГЯМ, которые содержат в качестве одного из сополагаемых объектов концепт «masculinite», а в качестве второго – объекты, которые по лексико-семантическому признаку мы условно разделили на семь групп: животные (птицы, насекомые); неодушевлённые предметы; одушевлённое лицо; профессия/род занятий; мифологический/религиозный персонаж; овощ/растение; часть тела (см. табл. № 2).

Таблица № 2

Количественный состав ГЯМ, объективирующих концепт «masculinite» во французском языке и выделенных по лексико-семантическому признаку

Название семантической группы К-во ГЯМ в данной семант. группе % соотношение ГЯМ

Животные/птицы/насекомое 37 ГЯМ 46,25 %

Профессия/род занятий 15 ГЯМ 18,75 %

Неодушевленный предмет/вещь 8 ГЯМ 10 %

Мифологический персонаж 6 ГЯМ 7,5 %

Одушевлённое лицо 9 ГЯМ 11,25 %

Части тела 3 ГЯМ 3,75 %

Овощ/растение 2 ГЯМ 2,5 %

Итого 80 ГЯМ 100 %

Установлено, что наиболее представленной (37 ГЯМ) является группа ГЯМ, в которых образ мужчины накладывается на образ различных животных, птиц, насекомых. Это можно объяснить, по нашему мнению, тем, что представители животного мира обитают в непосредственной близости с человеком, что порождает возникновение метафорических переносов названий животных (птиц, насекомых) на человека (мужчину). Далее идёт группа ГЯМ, образованных в результате метафорического переноса наименования профессии/рода занятий мужчины на его образ, что свидетельствует, с нашей точки зрения, о важности во французском национальной культуре высокого социального статуса мужчины.

190 ГЯМ, применимых в равной степени к мужчине и женщине во французском языке, были проанализированы по тем же двум критериям: формально-семантическому признаку и лексико-семантическому признаку с целью более полного выявления содержания концепта «masculinite» во французском языковом сознании.

Сравнительный анализ гендерных языковых метафор двух исследуемых групп в репрезентации концепта «masculinite» во французском языке показал, что ГЯМ отражают наличие/отсутствие у мужчины, во-первых, таких качеств, как активность, энергичность, решительность; во- вторых, других черт характера мужчины (грубость, хитрость, слабохарактерность, глупость, занудство и др.); в - третьих, взаимоотношения с противоположным полом, семейный статус мужчины не представляется значимым для него. Порицаются такие качества мужчины, как желание следить за собой, ухаживать за женщинами.

Выявлено, что в основе большинства ГЯМ, объективирующих культурный концепт «masculinite», лежит имя существительное мужского рода: в 68 ГЯМ из 80 ГЯМ, что составляет 80 % от общего количества ГЯМ группы. Практически все остальные (12) ГЯМ этой группы, в основе которых лежит имя существительное женского рода, имеют отрицательную оценочность. Например, ГЯМ une lavette (прям. знач.: тряпка) номинирует слабого бесхарактерного мужчину, ГЯМ une vieille noix (прям. знач.: старый орех) обозначает старого дурака, ГЯМ une femmelette (прям. знач.: бабёнка) используется, когда о мужчине говорят как о бабе, рохле, ГЯМ une fleur de pois (прям. знач.: цветок горошка) номинирует франта, щёголя. Известно, что женщина долгое время занимала в обществе второстепенное положение, и передача тех или иных физических, моральных качеств через существительное женского рода является для мужчины уничижительным.

Гендерная языковая метафора может использоваться в разговорной речи для выражения чувства одобрения и неодобрения, уважения и презрения, похвалы и порицания. Выбор в той или иной речевой ситуации именно гендерно релевантной метафоры вызван не столько семантикой, сколько прагматикой: отношением говорящего к лицу, о котором идёт речь. Например, употребление таких гендерных языковых метафор, как un eunuque (безвольный мужчина), une couille molle (слабак), un zero (ничтожество) свидетельствует о том, что говорящий негативно относится к данному мужчине, презирает его. Использование говорящим в своей речи таких ГЯМ, как un loup de mer (опытный человек), un soldat (борец), un apollon (физически сильный мужчина), un challenger (соперник, конкурент), демонстрирует уважительное отношение к мужчине, одобрение таких его качеств, как физическая сила, опытность, активная жизненная позиция.

В третьей главе «Гендерная метафора как один из способов объективации концепта «masculinite» в публицистическом дискурсе» рассматривается трактовка понятия «дискурс», его функции, аргументируется выбор в качестве объекта исследования публицистического дискурса.

В данном исследовании дискурс рассматривается, вслед за Н. Д. Арутюновой как связный текст в совокупности с экстралингвистическими, прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмов их сознания (когнитивных процессах). Дискурс – это речь, «погруженная в жизнь» (Арутюнова, 1990).

Выбор данного дискурса объясняется тем, что это самый «подвижный», мгновенно откликающийся на перемены и процессы, происходящие в обществе. Изменения во внеязыковой деятельности находят своё отражение прежде всего на лексико-семантическом уровне. Помимо активизации определённых лексических пластов, находящихся ранее на периферии современного лексикона, а также заимствований, отражающих социально-политические, экономические и информационно-технологические процессы в обществе, изменениям подвергаются прагматические (оценочные) свойства слов. Оценочность возникает и типизируется вследствие употребления данного слова в контекстах ярко выраженного положительного или отрицательного характера (Рахманова, Суздальцева 1997).

Публицистический дискурс является инструментом технологии властных структур по созданию гендерных имиджей, отражение, а точнее, умело созданное представление различного рода социальных ценностей, одно из которых – мужское превосходство (Каменева, 2005).

С помощью приёма сплошной выборки из современных французских периодических изданий L’Express international, Le Nouvel Observateur, Paris Match, общий объём которых составил 1873 страницы печатного текста, были отобраны и проанализированы все гендерные метафоры, репрезентирующие концепт «masculinite» в современном французском публицистическом дискурсе. Корпус анализируемых примеров составил 134 гендерных метафоры. Для установления интенсивности использования гендерной метафоры как способа объективации культурного концепта «маскулинность» было установлено среднее количество гендерных метафор, встречающихся на сто страниц печатного текста. Для этого, общее количество отобранных гендерных метафор (134) поделили на 1873, то есть объём страниц, подвергнутый анализу, и получили показатель 7,1 гендерных метафоры на сто страниц печатного текста.

В ходе исследования было обнаружено, что встречаются как гендерные языковые метафоры (ГЯМ), зафиксированные во французских лексикографических источниках, так и гендерные речевые метафоры (ГРМ), или авторские. Установлено количественное и процентное соотношения ГЯМ и ГРМ, объективирующих концепт «masculinite» во французском публицистическом дискурсе: 57 ГЯМ (42,53 %) и 77 ГРМ (57,46 %).

Полученные данные позволили сделать следующие выводы.

1. В публицистическом дискурсе гендерная метафора, объективирующая культурный концепт «masculinite», используется редко (7,1 ГМ на сто страниц печатного текста). Очевидно, что гендер проявляется с неодинаковой интенсивностью, не во всех контекстах, вплоть до полного исчезновения в ряде коммуникативных ситуаций. Этим, возможно, объясняется тот факт, что А. В. Кирилина определяет гендер как «плавающий» параметр (Кирилина, 2002).

2. Количественное преимущество употребления ГРМ свидетельствует, с нашей точки зрения, о том, что гендерные метафоры, закреплённые в языке, не способны в полной мере отразить изменяющиеся события, явления, установки, стереотипы современного меняющегося мира.

Среди общего количества, выявленных ГЯМ (57 ГЯМ), обнаружены как ГЯМ, применимые в равной степени к мужчине и женщине (37 ГЯМ), так и ГЯМ, применимые только к мужчине (20). 27 ГЯМ обладают отрицательной коннотацией, 23 ГЯМ имеют положительную коннотацию, 7 ГЯМ имеют нейтральную коннотацию, например:

la figure de proue (прям. знач.: носовая часть корабля) – перен. – выдающаяся личность.

Si Jean-Pierre Elkabbach reste la figure de proue, son management pose question. Il est peu present. Retenu sur bien d’autres fronts.