DisCollection.ru

Авторефераты и темы диссертаций


Бюджетный процесс в конгрессе сша: законодательные нормы и современные формы их реализации

Травкина Наталия Михайловна, 25.06.2010

 

Первая глава исследования характеризует законодательную базу бюджетного процесса в Конгрессе США, в ней дается критическая оценка ее эффективности в решении основных проблем бюджетной политики.

Участие Конгресса в формировании бюджетной политики и утверждении федерального бюджета имеет конституционную основу. Современный бюджетный процесс США регламентируется четырьмя основными законами: Законом о бюджете и отчетности (The Budget and Accounting Act), который определил статус президентского бюджета (President’s Budget – Title 31 U.S.C. Chapter 11), принятый в 1921 г. и подвергшийся значительным изменениям в 1950 г.; Законом 1974 г. о бюджетном контроле и замораживании фондов (Congressional Budget and Impoundment Control Act); Законом 1985 г. о сбалансированном бюджете и чрезвычайных мерах контроля за бюджетным дефицитом (The Balanced Budget and Emergency Deficit Control Act) в редакции 1987 г. (The Balanced Budget and Emergency Deficit Reaffirmation Act) и Законом 1990 г. о контроле за бюджетом (Budget Enforcement Act). В 1990-е годы в последние три закона были внесены многочисленные поправки, изменения и дополнения, которыми также руководствуются в настоящее время американские законодатели. Сравнительно большое количество федеральных законов, регламентирующих и регулирующих современный бюджетный процесс в Конгрессе США, объясняется преобладанием над правовыми нормами политических факторов, которые на всех исторических этапах оказывались доминирующими в бюджетном процессе. В результате американские законодатели оказались неспособными выработать единый бюджетный кодекс, регулирующий все стороны бюджетного процесса, отдав предпочтение ряду законодательных актов, большая часть из которых была принята в периоды кризисной ситуации в системе федеральных финансов или во взаимоотношениях двух ветвей власти.

Процесс возрастающей функциональной и структурной сложности федерального бюджета в последней трети ХХ века побудил законодательную власть к осуществлению все более полного контроля над бюджетной политикой федерального правительства. Этому способствовало резкое увеличение аналитических и технических возможностей Конгресса США, создание солидной законодательной основы, расширяющей реальное участие Конгресса в формировании федерального бюджета. Взятые вместе, эти факторы способствовали созданию в рамках законодательной власти механизма формулирования альтернативного президентскому варианта бюджета и собственной системы бюджетных приоритетов.

Бюджетная реформа 1974 г., рожденная конфронтацией между республиканским президентом Р. Никсоном и демократическим Конгрессом, решила ряд важных задач. Она восстановила фактически нарушенный в предыдущие десятилетия в пользу исполнительной власти конституционный принцип “сдержек и противовесов” в области фискальной политики, укрепила самостоятельность и независимость законодательной власти в принятии бюджетных решений, заложила основу современного механизма рассмотрения и принятия проектов федерального бюджета. Однако, несмотря на масштабный и всеобъемлющий характер бюджетной реформы, она, тем не менее, не освободила законодательный бюджетный процесс от ряда фундаментальных недостатков, которые в 70-е – первой половине 90-х годов внесли существенный вклад в разбалансирование системы федеральных финансов. Отсутствие правовых норм, регулирующих конечную цель и основополагающие критерии бюджетной политики (в качестве такой нормы в течение последних двадцати лет, начиная с 1980-х годов, фигурировала конституционная поправка о сбалансированном бюджете, шедшая, однако, вразрез с принципами неокейнсианского подхода к структуре федеральных финансов, который до середины 1990-х годов, по существу узаконил дефицитное финансирование как альфу и омегу современного бюджетного процесса США), отсутствие контроля со стороны профильных комитетов Конгресса над такими важнейшими параметрами бюджета, как дефицит, в значительной степени способствовали его неудержимому росту, что превратилось в бич всей бюджетной системы США последней четверти прошлого века. Механизм законодательного бюджетного процесса не позволил удовлетворительно решить и такую острую проблему федеральных финансов, как государственный долг США.

Бюджетное законодательство 80-х годов формально закрепило приоритет государственных интересов, логики государственно-политической необходимости над логикой экономической целесообразности. Вопреки кейнсианскому и неокейнсианскому подходам, признававшим дефицитное финансирование в качестве важного рычага экономического регулирования, конечной целью фискальной политики был провозглашен принцип сбалансированного бюджета, который, однако, был реализован только в конце 90-х годов прошлого века.

Солидная законодательная база бюджетного процесса, созданная в 70–90-х годах, оставила ряд фундаментальных пробелов в механизме формирования федерального бюджета. В частности, законодательная власть, равно как и исполнительная не смогли создать эффективно действующую аналитическую систему оценки и прогнозов текущего и будущего состояния системы федеральных финансов; бюджетные профициты, которые стали образовываться с 1998 фин.г., лишний раз подчеркнули актуальность проблемы всесторонней кодификации современного бюджетного процесса даже применительно к такой развитой в социально-экономическом отношении стране, какими являются современные США.

Таким образом, очевидно, что практика совершенствования и реформирования бюджетного процесса, приостановленная с наступлением “эры профицитов” на рубеже ХХ и ХХI веков, будет продолжена, так как законотворчество предыдущих десятилетий не смогло решить комплекс проблем, которые вновь стали перед высшим политическим руководством США с возвращением дефицитного финансирования.

Во второй главе рассматривается деятельность контрольно-аналитических органов Конгресса США: Бюджетного управления Конгресса, Главного контрольно-финансового управления и Исследовательской службы Конгресса.

Перевод бюджетного процесса на прочные законодательные рельсы потребовал значительных модификаций и расширения сфер деятельности и ряда органов Конгресса США, имеющих прямое и косвенное отношение к бюджетному процессу: БУК, ГКФУ и ИСК. В целом, в настоящее время современный бюджетный процесс в Конгрессе не мыслим без вспомогательных агентств и служб, ставших по букве закона и по существу его составной и неотъемлемой частью. За десятилетия интенсивного строительства бюджетного процесса при Конгрессе США была создана солидная информационно-аналитическая база, которая не только поставила процесс разработки и принятия федерального бюджета на экспертную, высокопрофессиональную основу, но и позволила существенным образом сократить зависимость законодателей от исполнительной власти в принятии решений по бюджетной политике. Аналитические материалы БУК, ИСК и ГКФУ, охватывающие широкий спектр проблем, позволяют американским законодателям оценивать и своевременно реагировать на возникающие острые проблемы как собственно бюджетной политики, так и многих сопряженных с ней сфер. Усилиями ГКФУ Конгресс получил реальную способность выполнять вмененные ему конституцией контрольные функции в отношении бюджетной деятельности министерств и ведомств федерального правительства. Созданные ГКФУ система аудиторских стандартов и форма бюджетной отчетности внесли существенный вклад в усиление подотчетности и подконтрольности федеральной бюрократии перед законодателями и, в конечном итоге, перед американскими налогоплательщиками. Деятельность ГКФУ по сути своей уникальна. Созданное как контрольно-ревизорское агентство, оно значительно расширило свои функции, участвуя в бюджетном процессе не только на стадии подведения и оценки его ежегодных итогов, но и на этапе составления бюджета соответствующих министерств и ведомств. Это позволило, с одной стороны, превратить его в эффективно работающий контрольный орган, а с другой – повысить экспертный уровень самого бюджетного процесса в Конгрессе США.

Вместе с тем в деятельности этих агентств проявился и ряд негативных черт. В частности, они не всегда демонстрируют политическую беспристрастность, зачастую становясь орудием противоборства политических сил. Так, например, неоднократно отмечалась политическая ангажированность БУК, проявившая себя в умелом манипулировании статистическими данными и аналитическими выкладками в политических целях. Политической ангажированности в немалой степени способствует и практика учета партийной принадлежности при назначении на должности директора БУК и его заместителей. Аналитические ведомства до настоящего времени не смогли выработать и достаточно точную методику составления краткосрочных и долгосрочных прогнозов основных параметров федерального бюджета. В частности, в 90-е годы они оказались не в состоянии четко определить период окончания дефицитного финансирования и, по существу, дезинформировали и американских законодателей, и американскую общественность о продолжительности “эры профицитов”.

В третьей главе исследуется практика принятия проектов федерального бюджета в Конгрессе США за почти 25-летний период – со второй половины 1970-х годов и до начала ХХI века.

Детальная регламентация бюджетного процесса в высшем органе законодательной власти – Конгрессе США – не исключила за последнюю четверть века драматических коллизий при обсуждении и утверждении проектов федерального бюджета исполнительной власти на очередной финансовый год и многочисленных нарушений и отклонений от законодательно установленного порядка принятия федерального бюджета США. В послевоенный период бюджетный процесс в Конгрессе США, и особенно после принятия Закона о контроле над бюджетом и замораживанием фондов в 1974 г., неизменно строился на посыле, что к началу очередного финансового года федеральное правительство должно иметь утвержденный Конгрессом бюджет, что рассматривалось и американскими исследователями, и широкой общественностью как признак эффективно функционирующей государственной машины, как отличительная особенность нормально функционирующих политических институтов американского общества.

Сравнительно немногочисленные отклонения от этих стандартов, имевшие место с конца 1970-х и вплоть до середины 1990-х годов, не могли поколебать этого представления, однако бюджетная конфронтация между Белым домом и Конгрессом США, произошедшая в 1995—1996 гг., принципиально изменила ситуацию в этой важнейшей сфере государственной жизни США, наглядно продемонстрировав не только большие возможности для политического манипулирования бюджетным процессом, но и его огромную эластичность, способность исполнительной власти осуществлять свои функции в этой сфере “независимо” от законодательной. В условиях хронических сбоев в порядке функционирования бюджетного процесса изменение расстановки сил между партиями в Конгрессе США, а также в Вашингтоне в целом способно привести к полному параличу в принятии проектов федерального бюджета, как это имело место в период бюджетного противостояния между президентом и Конгрессом в 1995–1996 гг. Обострение политической составляющей бюджетного процесса продемонстрировало, что и в условиях развитой политической демократии государственная машина США способна функционировать определенное время вне рамок правового поля. В ситуации сбоя организационно-правового механизма имеющийся запас прочности системы федеральных финансов выступает основным стабилизирующим и страховочным фактором.

Фундаментальная причина многих противоречий в современном бюджетном процессе США коренится в том, что его составной частью выступает процедура формирования бюджета исполнительной власти (президентского бюджета), также регламентируемая американским законодательством. Эта процедура, однако, носит до известной степени самостоятельный характер, поскольку была сформулирована еще в первой половине ХХ в. Известная “несостыкованность” бюджетных процессов в рамках исполнительной и законодательной ветвей власти обусловила в свое время необходимость осуществления бюджетной реформы 1974 г., а также принятия в 1996 г. Закона о постатейном президентском вето, отмена которого в 1998 г. вновь достаточно резко поставила вопрос о пределах воздействия каждой ветви власти на формирование и исполнение федерального бюджета США.

Как показала практика принятия федерального бюджета в последние два десятилетия, современный бюджетный процесс оказался неспособным стабильно функционировать как в условиях неблагоприятной финансово-экономической ситуации – инфляции, экономического спада, потрясений в мировой экономике, так и в условиях чрезвычайных ситуаций, какими явились, в частности, драматические события 11 сентября 2001 г. Эти факторы способны еще больше усилить сбои и дисфункции в существующем механизме бюджетного процесса в Конгрессе США. Аналогичная ситуация возникла и в более благополучный период состояния федеральных финансов – в “эру профицитов”.

Основная слабость современного бюджетного процесса США, отчетливо выявленная в период “эры профицитов”, состоит в том, что американское бюджетное законодательство оказалось не в силах следовать законодательно установленным нормам государственных расходов даже в условиях кардинального улучшения ситуации в сфере федеральных финансов, когда, как казалось, исчезли все факторы давления на американских законодателей со стороны “ограниченных” финансовых ресурсов, как это имело место в период дефицитного финансирования. В схватке “Закона” и “Больших Денег” доллар оказался сильнее правовых хитросплетений американского бюджетного законодательства. Финансовые потоки, распределяемые по линии федерального бюджета, словно жидкость необычайной агрессивности, неизменно находили пути обхода правовых заграждений и барьеров, воздвигаемых против “специальных интересов” и “бюджетных кормушек”, создаваемых сенаторами и конгрессменами для облюбованных ими сегментов своего электората или для делегировавших их штатов и избирательных

Денежные потоки, измеряемые сотнями миллиардов долларов, постоянно “размывают” регулирующее их бюджетное законодательство. По существу, даже в современном высокоразвитом правовом государстве, каким являются США, имеет место своеобразная коррупция, принимающая форму дополнительных ассигнований, превышающих законодательно установленные пределы. Недостатки, проявившиеся в механизме бюджетного процесса, в определенной степени способствовали сравнительно быстрому окончанию периода бюджетного профицита. Ход бюджетного процесса в 2001 г. – последнего года недолгой “эры профицитов” – убедительно продемонстрировал его уязвимость как к процессу структурной перестройки бюджетных приоритетов, так и к таким трагическим событиям, какими для США явились события 11 сентября. Широкомасштабная налоговая реформа, успешно проведенная администрацией Дж. Буша через Конгресс весной 2001 г., стала оказывать заметное негативное влияние на состояние федеральных финансов уже в конце лета, что в очередной раз нарушило нормальную работу законодателей над законопроектами об ассигнованиях.

С точки зрения логики бюджетного процесса появление дефицита явилось прямым следствием двухпартийного единения, воцарившегося в Конгрессе после 11 сентября, когда демократы соревновались с республиканцами в выделении максимально возможного количества бюджетных средств для повышения своего рейтинга в глазах патриотически настроенного общества.

В четвертой главе анализируются основные направления и проекты реформирования бюджетного процесса, в том числе и разрабатываемые администрацией Буша.

Политическая открытость бюджетного процесса в Конгрессе США сделала его подверженным влиянию большого числа различных факторов политического, социально-экономического и правового планов, что, в свою очередь, предопределило значительную нестабильность процесса принятия проектов федерального бюджета на очередной финансовый год. В условиях постепенно нарастающих дисфункций в законодательном бюджетном процессе его реформирование превратилось в его составную часть, в перманентный процесс регулирования и адаптации базовых положений бюджетного законодательства 1974 г. к быстроменяющейся обстановке в политической и экономической системах США.

Усилению дебатов вокруг дальнейших направлений реформирования бюджетного процесса в Конгрессе США в начале XXI в. способствовало то обстоятельство, что в 2002 г. истек срок действия основных регулирующих положений Закона о контроле над бюджетом 1990 г., дополненных и уточненных положениями Закона о сбалансированном бюджете 1997 г. Приход в Белый дом в начале 2001 г. республиканской администрации Дж. Буша в сочетании с республиканским контролем над обеими палатами Конгресса (до июня 2001 г.) побудил исполнительную власть выступить с беспрецедентной программой реформирования бюджетного процесса в Конгрессе США, предложенной от имени исполнительной власти и оформленной как часть бюджетного послания Президента США, направленного на Капитолийский холм в конце февраля 2001 г.

Контроль над федеральным бюджетом, над процессом принятия решений в области бюджетной политики – мощный фактор доминирования в политической системе США. Поэтому реформирование бюджетного процесса, как правило, отражает стремление узаконить один из действенных механизмов осуществления контроля над политической системой со стороны тех финансово-политических сил, которые на данном этапе господствуют в

Знакомство с положениями предложенной реформы не оставляет сомнений в том, что общий выход из “хаоса и балансирования на грани бюджетной войны”, ежегодно сопровождавших принятие федерального бюджета во второй половине 1990-х годов, видится определенной частью политического руководства США в усилении централизации принятия бюджетных решений путем передачи – формальной или фактической – полномочий в бюджетной сфере от законодательной к исполнительной ветви власти. Изменение порядка и организации бюджетного процесса в Конгрессе, обеспечение права президента участвовать в обсуждении проектов бюджетов уже на стадии принятия бюджетной резолюции, придание ей статуса закона, “деполитизация” бюджетного процесса, попытки республиканской администрации вернуться к постатейному президентскому вето следует рассматривать как маневр, направленный на существенную корректировку в соотношении сил в бюджетном процессе между президентом и Конгрессом, на перераспределение бюджетных прерогатив в пользу исполнительной власти.

Иными словами, решение коллизии существующей асимметрии в бюджетном процессе США в целом, характеризуемой ее “сверхцентрализацией” в рамках исполнительной власти и “плюрализмом и децентрализацией” в рамках законодательной власти, видится в постепенном лишении Конгресса значительной части полномочий и прав в этой сфере. “Ничейная система” приоритетов, по замыслу, постепенно должна превратиться в систему приоритетов Белого дома, а Конгрессу отводится роль “штамповочной

В сущности, республиканская стратегия реформирования бюджетного процесса, предложенная в начале XXI века, пытается создать такую архитектуру законов и нормативных положений, составленных консерваторами, которая была бы последовательно ориентирована на сокращение федеральных налогов, снижение относительной величины расходных статей, особенно на социальные нужды, и последовательное уменьшение роли и значения федерального сектора в социально-экономической жизни США, за исключением военно-промышленного комплекса. Эта диспозиция фундаментального политического свойства предопределяла и предопределяет судьбу многих, если ни подавляющего большинства, реформаторских инициатив в сфере бюджетного процесса, поскольку как республиканцы, так и демократы, как консерваторы, так и либералы неизменно опасались того, что сам факт реализации соответствующей реформы даст их противникам солидную политическую фору в бесконечной борьбе двух основных политических группировок США за влияние в современной общественно-политической жизни Америки.

В условиях размывания границ между федеральным и частным секторами американской экономики и соответственно растущего взаимопереплетения частных и общественных интересов различных политических группировок американского общества происходит своего рода “приватизация” значительной части федерального бюджета, в результате которой все большее число его доходных и расходных статей переориентируется на удовлетворение интересов отдельных политических группировок. Конкретный пример подобного рода ситуации – налоговая реформа, начатая администрацией Дж. Буша в 2001 г.

Ретроспективный анализ бюджетного процесса в США свидетельствует о том, что его реформирование, как правило, происходит в периоды острых политических кризисов, радикальных изменений в системе бюджетных приоритетов или выхода системы федеральных финансов на новый режим функционирования (дефицитный – профицитный). История бюджетного процесса в Конгрессе США за последние три десятилетия убедительно показала, что и оптимизация механизма принятия бюджетных решений, и финансовая и организационная целесообразность, как правило, приносятся в жертву политическим интересам. Поэтому предыдущие попытки реформирования современного бюджетного процесса, неоднократно предпринимавшиеся в 1990-е годы и в самое последнее время, никаких ощутимых результатов не дали, поскольку в их основе, прежде всего, лежало стремление уменьшить роль политических факторов в этом процессе.

Важной причиной “консервации” бюджетного процесса в его нынешнем виде, сложившемся в ходе бюджетных реформ 1970-х и 1980-х годов, явился процесс глобализации и превращения США в единственную сверхдержаву современного мира. Правящие круги США расценили победу в “холодной войне” как прямое следствие исторической устойчивости своих политических и государственных институтов, которые, по их мнению, выдержали испытание временем. В этих условиях сохранение привычного облика и механизма функционирования традиционных политических институтов, особенно институтов президентской и законодательной власти, олицетворяемой известным во всем мире куполом здания на Капитолийском холме, превратилось в немалой степени в самоцель политической элиты США, опасающейся, что масштабные перемены в функционировании институтов высшей политической власти современной Америки могут повлечь за собой непредсказуемые последствия для сравнительно молодых демократических институтов в странах Восточной Европы, Азии и Африки, “смоделированных” по уходящим в глубь прошедших веков американским стандартам.

Пятая глава посвящена исследованию взаимосвязи федерального бюджета и развития демократических институтов американского общества, роли федерального бюджета в качестве важнейшей составляющей объединяющего экономического фундамента гражданского общества.

После Великой депрессии и Второй мировой войны, принесших с собой резкий относительный и абсолютный рост федерального бюджета в экономике страны, сравнительно стабильные политические процессы, выражающиеся в устойчивых электоральных циклах, двухпартийной системе, неизменных принципах формирования численного состава обеих палат Конгресса США, стали все в большей степени пронизываться и опосредоваться денежными потоками из федеральной казны, которые в колоссальной степени модифицировали механизм функционирования демократической политической системы США. Это обстоятельство затронуло многие стороны американской политической жизни, самым непосредственным образом повлияло на конкретные формы политического выбора, который регулярно – через каждые два и четыре года – совершают американские избиратели на федеральном уровне, и фундаментально изменило оси базовых координат, определяющих стабильность политического устройства США на макро- и микроуровнях.

Глубинные причины растущей фискализации внутренней политики США обусловлены не только тем, что федеральный бюджет представляет собой “естественный” механизм влияния на ход социально-экономических процессов как для стоящей у руля исполнительной власти политической партии, так и политической элиты США в целом, но и тем, что современные массовые политические базы Демократической и Республиканской партий США оказались напрямую связанными с колоссальными финансовыми потоками, распределяемыми по линии федеральной казны. В настоящее время практически все компоненты и составляющие федерального бюджета имеют достаточно четкую политико-идеологическую “маркировку”, что и предопределяет остроту борьбы и противостояний вокруг системы национальных приоритетов.

Современное гражданское общество с его политически активной частью граждан не может существовать без объединяющего его экономического фундамента. В условиях США в системе экономических составляющих такого фундамента все более активную роль играет федеральный бюджет. Потоки финансовых средств, распределяемые по его линии, придают конкретный смысл и значение процессу политических выборов президента и вице-президента США, а также членов Конгресса. Многочисленные программы федерального правительства, а также налоговые составляющие федерального бюджета создают основу для бесконечных споров среди американских избирателей и граждан о дальнейших путях развития и реформирования пенсионной системы США, роли военных в современном обществе, формах совершенствования жизненно важного для десятков миллионов американцев образовательного процесса, размерах и уровнях федерального налогообложения. По существу, механизмы функционирования и распределения материальных благ давно трансформировались в важную часть гражданской жизни большей части американского общества, которая не только экономически зависит от получаемых пенсий, пособий и других форм государственной помощи, но и определяется контекстом обсуждаемых проблем, формирующих, в свою очередь, доминирующее общественное сознание и гражданские позиции по многим ключевым аспектам общественной жизни.

Проблема экономического фундамента современного гражданского общества, которая в конечном итоге и определяет стабильность и устойчивость политической системы в долгосрочном плане, имеет не только теоретическое, но и первостепенное практическое значение для России и российских либерально-демократических реформ последнего десятилетия. Острейшее столкновение экономистов-рыночников и умеренно-либеральных реформаторов с политологическим и юридическим образованием привело к тому, что главную роль в политике реформ стали играть экономисты, которые исходили из того, что становление системы “свободных” рыночных отношений будет в современной России одним из главных условий формирования гражданского общества и среднего слоя (“среднего класса”), составляющего его основу. Скорейшее становление “нормально функционирующего рынка” мыслилось и мыслится как прямое следствие приватизации государственной собственности, резкого уменьшения доли федерального бюджета в экономике страны и разгосударствления общественно-политической жизни в целом.

Таким образом, по существу формирующееся гражданское общество лишалось своей основы, ибо “средний класс”, занятый в экономике, – безотносительно к его размерам – автоматически становился ориентированным на экономические интересы конкретных фирм и предприятий, все в меньшей степени получавших государственную поддержку. В свою очередь, в рамках “нормально функционирующего рынка” права гражданства получили, прежде всего, олигархи и “криминальные авторитеты”, что явилось мощным импульсом к фактическому уничтожению гражданского общества и законопослушных граждан в прямом и переносном смыслах. Процесс политического голосования быстро принял форму “идеологизированных референдумов”, тяготеющих к традиционно российским формам “царепоклонства”.

В условиях ухудшения экономической ситуации идеологические формы голосования не могли не обернуться постепенным падением интереса к деятельности подавляющего большинства партий, которые не могли использовать средства государственного бюджета для поддержки широких масс своих избирателей. Имевшиеся же ограниченные средства в лучшем случае направлялись для лоббирования интересов отдельных могущественных финансово-экономических группировок, по существу тех же олигархов, поддерживающих верхушки политических партий для лоббирования российской системы “специальных интересов”, которые оказались сконцентрированными в основном вокруг обеспечения интересов российского капитала в системе международных экономических интересов.

Государственный бюджет в этих условиях превратился не в форму поддержки политически активного и относительно свободного среднего класса, а в форму преимущественной экономической поддержки государственной бюрократии, которая в отсутствие гражданского общества имела и имеет тенденцию к стремительной коррумпированности (своего рода форма бюрократизированной приватизации государственного аппарата). Наличие широких масс отчужденного и протестного электората неизбежно явилось питательной средой для левых и радикальных политических течений, идеология которых по существу направлена на реализацию идей исторического реванша за “поражение 1991 г.” и с этой точки зрения служит одним из самых главных факторов потенциальной или реальной, как это было в 1993 г., дестабилизации политической демократической системы.

Главная ошибка российских реформаторов последнего десятилетия состояла в том, что они рассматривали и, к сожалению, продолжают рассматривать федеральный бюджет исключительно в экономических категориях, как выполняющий преимущественно и исключительно экономические функции и задачи. Многие его компоненты они относят к “непроизводственным” расходам для рыночной экономики, ограничивающим ее развитие, и потому подлежащим неукоснительному сокращению. Американский же опыт, начиная с периода Великой депрессии и заканчивая самым последним временем, убедительно свидетельствует о том, что федеральный бюджет выполняет не менее, а может быть, даже и более важные политические функции по макростабилизации демократической политической системы. Он служит краеугольным камнем политически активного гражданского общества, и в этом плане его экономические составляющие являются той высокой ценой, которую американское общество платило и платит за существование либеральной политической системы, ставшей на рубеже ХХ–ХХI веков “недостижимым” идеалом политического устройства для подавляющего числа стран мира, в том числе и России.

В заключении представлены выводы по результатам исследования, определены перспективы дальнейшего изучения темы.

Современный бюджетный процесс в Конгрессе США – это продукт и результат эволюции комплекса разноплановых правовых, политических и социально-экономических факторов, многие из которых восходят своими корнями к концу XVIII века, ко времени созыва Конституционного конвента, принявшего американскую конституцию. Установив в качестве краеугольного камня развития политической демократической системы США принцип разделения властей, конституция тем самым узаконила состязательно-конкурентный принцип взаимодействия исполнительной и законодательной власти по отношению к важнейшей сфере деятельности федерального правительства – распределению и перераспределению финансовых потоков, проходящих через федеральный бюджет – главный финансовый документ страны.

В ходе проведенного диссертационного исследования было установлено, что процесс постоянно возрастающей структурно-функциональной сложности федерального бюджета в сочетании с относительным и абсолютным ростом объемов финансовых средств, распределяемых через федеральный бюджет, способствовал тому, что законодательная власть стала активно стремиться к установлению все более полного контроля над фискальной политикой федерального правительства. В рамках этой стратегической линии в середине 1970-х годов Конгресс США реализовал концепцию бюджетной реформы, основные положения которой выдержали испытание временем и в полной мере сохраняют свою действенность в начале XXI века.