DisCollection.ru

Авторефераты и темы диссертаций


Развитие личности в контексте традиций игровой культуры

Черная Анна Викторовна, 20.05.2010

 

Анкетирование и интервьюирование информаторов. Авторская анкета по сбору традиционных игр использовалась в работе с информаторами – коренными жителями Ростовской области разных поколений. Метод интервью использовался в ходе встреч и бесед с представителями старшего поколения, а также нетитульных этносов, проживающих на Северном Кавказе (дагестанцев, армян, татар), и иностранцев, обучающихся в России (китайцев, португальцев).

Автобиографический метод был использован с целью анализа игровых биографий на основе рассказов и воспоминаний современников об играх и игрушках их детства, а также автобиографических описаний игрового опыта в литературных источниках.

Глава 4, – «Традиции игровой культуры в исторической ретроспективе и на этапе современности», – посвящена теоретической реконструкции этапов развития игровой культуры с позиций анализа исторического контекста игровых традиций как условия развития личности, охарактеризована современная ситуация бытования игровой культуры и соответствующих ее

Приведены результаты теоретической реконструкции этапов развития игровой культуры – архаического этапа, этапа Средневековья и Возрождения, этапа новой и новейшей истории в контексте анализа социального пространства игрового взаимодействия, истории освоения предметного мира игровой культуры, анализа функций, закрепляемых за игровой культурой. В данном ракурсе рассмотрения определены потенциальные возможности развития личности в традициях игровой культуры.

Архаический этап. Игра, вплетенная в синкретичную родовую традицию, развивалась в непосредственном родстве с трудовой практикой, мифом, ритуалом, танцем. В игровом пространстве родовой человек решал комплекс магических, ритуальных, развлекательных задач. В многопоколенном социальном пространстве в условиях непосредственных контактов в совместных видах социальных практик – бытовых, праздничных, обрядовых, ритуальных обеспечивалась сохранность и передача социально значимой информации в форме многократно повторяемого практического знания. Существование игровой традиции предполагает именно такую схему. Сообщество, не ограничивая возраст участников игрового действа, ориентировано на прямую передачу социального опыта от одного поколения к другому и сохранение его в практически неизменном виде. Границы развития каждого отдельного человека в таких условиях были регламентированы необходимостью неукоснительного повторения опыта группы в его ставшей форме.

Для родовых культур характерно двойственное отношение человека к функциональному назначению предмета. В отличие от теории пережитков (Э. Тэйлор, М. Элиаде), объясняющей «спускание» в сферу детского пользования предметов взрослого мира в связи с утратой ими утилитарных и сакральных функций и трудовой теории (Г.В. Плеханов, Д.Б. Эльконин), согласно которой возникновению игрушек предшествовало изобретение человеком орудий труда, закон партиципации (соучастия), открытый Л. Леви-Брюлем подчеркивает тип связей примитивной логики, согласно которой один и тот же предмет (вещь) может соучаствовать в нескольких совершенно различных формах бытия (Л.С. Выготский, А.Р. Лурия). Нерасчлененность символических и утилитарных функций предметов (А.К. Байбурин), их двойственная функциональность (Л.А. Динцес), функциональная вибрация (Б.М. Бернштейн) обеспечивали родовому человеку возможность использовать архаические игрушки (погремушки, волчки и др.) в сакральной практике и параллельно с этим адресовывать детям в совокупности забавляющих, тренинговых, социализирующих и адаптационных функций.

Этап Средневековья и Возрождения. Вычленение игры из синкрета и приобретение статуса особого рода деятельности функционально расширили жизненное пространство человека играющего. Распад многопоколенного социального пространства, уход игровой культуры в частный быт (М.М. Бахтин), уход семьи с улицы способствовали «спусканию» игровой культуры в сферу детского пользования. Использование игры в дидактических целях способствовало поддержанию игровых традиций, ориентированных на обогащение онтогенеза развития. Этап Средневековья характеризуется и обогащением функционального назначения предметов игровой культуры. Игрушки, игровое оборудование используются в комплексе дидактических, развивающих, рекреационных, тренинговых функций, о чем свидетельствуют дневниковые, литературные и иконографические источники анализируемой эпохи: знаменитый список игр юного Гаргантюа в описании Франсуа Рабле (1535); дневник доктора Эроара об играх и игрушках дофина Франции, будущего короля Людовика XIII (XVII век); иконографические сюжеты П. Брейгеля «Детские Игры» (1559); Якоба Хейдена «Детская игра или зеркало нашего времени» (1632). В эпоху Средневековья детские игрушки впервые становятся зеркалом социально ценностного отношения. У крестьянских детей – немногочисленный игрушечный аппарат (Е.А. Покровский, Д.К. Зеленин), в то время как у детей аристократической элиты, предъявлявшей высокие требования к детской игрушке, – роскошные фамильные игровые раритеты. Картина социальной дистанцированности детских игрушек отражена в русской и европейской живописи XVI-XIX вв. (Ф. Гойя, И. Остаде, У. Хогарт, М.-В. Шардон, К. Эккерсберг, С.В. Малютин, В.Е. Маковский, П.Н. Орлов, и др.)

Этапы новой и новейшей истории характеризуется включением исконно традиционных игр, отражающих этику, эстетику, менталитет народа в цивилизационный процесс, стирающий грань между этнически самобытным и универсальным (общечеловеческим). Однопоколенное социальное пространство изменило способы передачи игровых традиций, основными носителями и «хранителями» которых стали дети; формы обмена игровым опытом, когда прямые и живые игровые контакты, продолжающие существовать в локальной традиции заменены виртуальными, исключающими непосредственное общение играющих.

На этапе промышленного (индустриального) и постиндустриального производства игра культивируется взрослыми в соответствии с воспитательными задачами общества и возрастными особенностями детей (Д.Б Эльконин, А.В. Запорожец, Г.П. Щедровицкий) в условиях жесткого социального контроля со стороны родителей и учителей (Бр. Саттон-Смит). Игра как атрибутивная характеристика детства переводится в ведущую сферу деятельности взрослых, создающих современную «игровую цивилизацию» (В.В. Абраменкова). Институализация игры как средства образования смело названа Е. Басик наиболее разрушительной акцией в отношении к традиционным детским играм, их естественному развитию. Использование исконно традиционных детских игр во вполне схоластической манере признается наиболее негативной, конечной формой их деформации (И. Ивич).

Взрослые, создавая игрушечный мир для детей, количественно, содержательно, функционально и идейно расширяют и педагогизируют ассортимент игрушек. Вместе с тем, детская игрушка продолжает быть зеркалом взрослого идеала, результатом взрослых интерпретаций детских фантазий и стремлений детей (Ж.П. Росси). Негативные тенденции «захвата» взрослыми предметного мира игровой культуры основаны на идеях глобального многонационального развития (Д. Хиллиард); коммодификации детства (от англ. сommodity – товар, продукт) взрослыми как хозяевами рынка (М. Брэдфорд, Дж. Мак-Кендрик, А. Филдер). Организация производства и продаж игрушечных брэндов, ориентированных на детей как потребителей товара таят в себе опасность «заражения» неофилией, измененным отношением к предметам внешнего мира, сопровождающимся тем, что дети и подростки безудержно хотят владеть все новыми и новыми игрушками, а обладание ими рассматривается как символ престижа. Игрушка приобретает статус вещи, регулирующей отношения в группе сверстников, становится значимым для поддержания чувства самодостаточности.

Далее приведены результаты анализа ситуации бытования игровой культуры современного детства.

Существенное влияние на состояние игровой культуры современного детства оказали цивилизационные, социальные, социально-педагогические факторы: индустриальная революция, урбанизация, капиталистический тип социальных отношений, ориентация на индивидуальные ценности, демографические изменения, включая миграцию в города, новые информационные технологии.

Ситуация кризиса детства и игры в связи с утратой форм участия детей и взрослых в жизни друг друга (Б. Д. Эльконин) ограничила возможности сочетанного воздействия на ребенка двух больших социальных общностей – мира взрослых и мира детей (В.В. Абраменкова, М.В. Осорина, И.С. Слепцова). Изменилась игросфера как одна из ценностей не желающего деградировать общества (С.В. Григорьев).

Ситуацию игровой деятельности детей в условиях образовательных учреждений ученые характеризуют как кризис игровой культуры, сопровождающийся распадом сюжетно-ролевой игры, стереотипизацией игр в ролевых зонах, замыканием игры в рамках жесткой игровой традиции, снижением игровой инициативы детей, часто сводимой к бессюжетному манипулированию игрушками (Е.И. Касаткина, Н.А. Комарова, Е.О. Смирнова, В.С. Собкин, Л.И. Эльконинова). Игровая деятельность современных детей в семье жестко задана набором игрушек и игрового оборудования, не всегда отвечающего психолого-педагогической направленности (Н.Э. Гринявичене, А.С. Саар).

Сходную ситуацию бытования игровой культуры в образовательных учреждениях и в семье констатируют ученые Европы и США. В Великобритании многие дети стеснены в возможностях для игр. Возможности игры ограничены опасениями взрослых за безопасность детей: сокращается количество доступных мест для игры, свободная игра заменена услугами помощи детям (childcare). Дети с проблемами в развитии, дети афроамерканцев, этнических меньшинств, дети из семей с низкими доходами, дети, проживающие в сельских районах, дети мигрантов и беженцев часто имеют меньше возможностей для игр, чем их более благополучные сверстники. Негативные последствия образовательных реформ в США, – введение программ раннего образования для детей дошкольного возраста, ориентация на высокие академические показатели, отмена школьного перерыва, более структурированный и/или более пассивный досуг, недооценка педагогами возможностей игры, – лишили детей возможности для положительных опытов игры в условиях детского сада и начальной школы; способствовали утрате значения свободной игры, благодаря которой детские игры и ритуалы передавались от старших детей к младшим (М. Гаддеми, Т. Джэмбор, М.

Претерпели значительные изменения характер и содержание неинституализированных – свободных форм игровой деятельности детей и подростков вне образовательных учреждений и вне контроля взрослых. Анализ материалов исследований, проведенных в России (В.В. Абраменкова, 2000; М.Л. Бутовская , О.Ю. Артемова, О.И. Арсенина, 1998; М.В. Осорина, 2004; Е.С. Новикова, 2005; И.С. Слепцова, 1995; А.В. Фролова, 2002) и Европе (М. Келар-Турска, Польша, 1995; А. Марьянович, Дж. Никич, Л. Хорват, Югославия, 1986; Н.Э. Гринявичене, Литва, 2000; Т. Прелвитц, М. Тамм, Швеция, 1999; А. Висел, Эстония, 1994) позволил выделить комплекс признаков, характеризующих ситуацию бытования неинституализированных форм игровой культуры. Наиболее значимы среди них: характер и содержание детских игр и сопровождающих игру феноменов, включая игровую терминологию, символику, формы детского игрового фольклора: традиционные игровые зачины, считалки, розыгрыши, рифмы, заклички, песенное сопровождение (во что играют дети); игровые территории (где играют дети); игрушки и игровое оборудование (с чем играют дети); способы и формы игрового взаимодействия (как играют дети); способы и формы трансляции игровых традиций.

Характер и содержание детских игр. Игровой репертуар современных детей и подростков характеризуется как обедневший. Традиционные игры обнаруживают тенденцию к стремительному исчезновению. Под влиянием масс-медиа изменились характер и содержание ролевых игр, сократился репертуар обрядовых игр, исчезли дворовые игры, уменьшилось количество игр с правилами, подвижных игр. Они вытеснены дидактическими и компьютерными играми или телепередачами. Большое место занимают игры, являющиеся изобретением сегодняшних детей: квазиигры с преобладанием физической агрессии. Практически исчезли из детского репертуара традиционные элементы игр, такие как зачины, считалки, утрачиваются или деградируют традиционные формы и тексты детского фольклора.

Игровые территории. Высоко урбанизированная современная жизнь вытеснила объекты природного ландшафта, ограничив места для игр детей высоко функциональными школьными, дворовыми, спортивными площадками с однотипным игровым оборудованием, территориями детских садов, стадионов, скверов, новостроек, пустырей, чердаков, подвалов, подъездов, мест для стоянки автомобилей, вестибюлей общественных учреждений.

Игрушки и игровое оборудование. Самодельные рукотворные игрушки вытеснены коммерческими игрушками глобального игрушечного рынка.

Способы и формы игрового взаимодействия тяготеют к более гомогенизированным по возрасту и полу, снижаются непосредственные контакты, наблюдается тенденция к предпочтению одиночных игр.

Способы и формы трансляции игровых традиций. Современные условия жизни, семья, тяготеющая к нуклеарному типу снизили естественные способы передачи традиций от старшего поколения к младшему; игровые традиции преимущественно передаются в пределах поколения детей.

Следует отметить, что анализируемые тенденции, характеризующие ситуацию бытования неинституализированных форм игровой культуры, вряд ли можно считать новыми. По мнению J. Bishop, М. Curtis, беспокойства, разделяемые современными учеными о том, что дети не знают больше, как играть, традиционные игры исчезают, а современные полны агрессии, сходны с теми, которые были отмечены в прошлом. А. и П. Опи приводят примеры документов Средневековой Европы, датированные XVI веком о плохом состоянии детской игры, ограниченности игрового репертуара, отсутствии надлежащего простора для игр. Е.А. Покровский, А.М. Дорман (конец XIX в.) свидетельствуют о предпочтениях не русских народных, а заимствованных, отчасти английских, преимущественно немецких. Д. Говард (Австралия, 1954 – 1955 гг.) отмечает, что вмешательство взрослых в досуг детей сократили время для независимой игры, ограничили игровые территории специально отведенными для игр местами, вследствие этого к середине 1950-ых многие старые игры практически полностью исчезли.

Анализируемые материалы свидетельствуют об исторически объективном процессе развития игровой культуры, о его включенности в социокультурный контекст. Современная ситуации бытования игровой культуры качественно влияет на характер и содержание игровых традиций. С этих позиций проанализированы особенности традиций игровой культуры современного

В современных условиях дети становятся носителями и творцами традиций игровой культуры. Детские игры являются столь же живыми и разнообразными сегодня, как и когда-либо прежде (Дж. Бишоп, Дж. Куртис). Современная детская традиция, ориентированная на ускоренное воспроизводство и быстрое увеличение способствует тому, что дети, передавая игры от одного поколения к другому, приспосабливают их к потребностям меняющейся окружающей среды. (Д. Говард). Дети задумывают новый дух времени и пробуют выразить его в новых играх, которые затрагивают интерес, волнуют, бросают вызов и предлагают возможности для развития. Дети лояльны к традициям и в то же самое время обладают талантом для того, чтобы создать новое, чтобы сделать их культуру живой (A. Энерштвед). Через традиции игры дети способны жить вне времени, здесь и теперь, вне статуса ограниченности, слабости, невежества и бессилия. Игровой фольклор детства функционирует для детей так же, как искусство для взрослых, упорядочивая непрерывный поток и хаос жизни, придавая им форму, образ и значение (Дж. Фэктор). Традиционная детская игра тесно связана с конституцией субъективности, обеспечивая развитие, которое стремится к взаимопроникновению ребенка и социальной окружающей среды через формы поведения, которые должны быть приняты и персонализированы (А. Maрьянович).

Анализ эмпирических материалов показывает ситуацию бытования в субкультуре современного детства игровых традиций разного исторического возраста.

Во-первых, это игры, традиции которых не утрачивают своей актуальности на протяжении нескольких веков, оставаясь практически неизменными. Факт неизменности отдельных игровых традиций, поддерживаемых в детских игровых коллективах отмечают исследователи, практики, коллекционеры игры: автор энциклопедии средневековой культуры Э.Э. Виоле-ле-Дюк, а также Е.А. Покровский, О. Гейфельдер, К. Хоуп, Р. Клементс.

Сравнительный анализ списков игр и игрушек позволил выделить сохранившиеся как традиции в детском игровом репертуаре, начиная с эпохи Средневековья и по настоящее время следующие групп игр: 1. – игры с правилами (прятки, жмурки, салки, латки, догонялки, классики, «Ручеек», «Бояре, а мы к вам пришли» (и более поздние варианты игры «Кого вам», «Чью душу желаете», «Разрывные цепи», «Цепи кованные»), «Козел (чехарда)», «Царь горы», резиночки, «Камень, ножницы, бумага, раз, два, три»; 2 – предметные игры с правилами («Колечко», игры с камешками, шариками, палочками («Клек», «12 палочек», в том числе игры с мячом – мяч об стенку, подбрасывание и ловля мяча и т.д.); 3. – спортивные игры (футбол, хоккей, городки, керлинг, пинг-понг, кегли); 4. – сюжетно-ролевые игры, которые при сходстве тематики (семья, домашнее хозяйство и т.д.) обнаруживают отличия в содержании, изменяющиеся в соответствии со временем; 5. – игры-экспериментирования с природными объектами и материалами (песком, водой, глиной, листьями, плодами растений); 6. – игры-забавы с йо-йо, трещотками, свистульками, меленками, вертушками; жужжалками, фурчалками, мыльными пузырями и др.

Во-вторых, это игры, традиции которых, переходя «по преданию» от более старших детей к более младшим, сохраняют свою актуальность в пределах одного или нескольких поколений детей. Такие игры – феномены современной детской субкультуры. По данным А. и П. Опи каждые шесть лет в обычной школе появляется новое поколение детей, которые обновляют игровые традиции. Традиционный репертуар игрового фольклора английских школьников складывается из множества источников: от родителей, других детей, печатанных источников и некоторых сборников. Дети полагаются на память небольшого коллектива, который следит за сохранением традиций (N.

В России в репертуаре поколения детей и подростков 50-х годов двадцатого столетия были популярны предметные игры с правилами «Маялка», «Жестка», «Расшибалка», «Бутса», «Стеклышки», «Черепки», «Пробки», «Под пробки», «Пуговицы», «Испорченный телефон», «Кис, брысь, мяу», «Выбивной» (Выбивало, Вышибала), «Халихало, стоп», «Бутылочка». В 60-90-х сохранили свою популярность: «Пробочки», «Кис-мяу», «Лянга» (аналог «Маялки»), «Халихало, стоп», «Бутылочка», «Часы пробили», «Калека-малека», «Колдунчики», «Сифак», «Горячая рука», «Съедобное-несъедобное» (в более ранней традиции – «Вам прислали сто рублей», «Черное и белое не называйте»); игры с мячом «Горяной мяч», «Масляной мяч», «От мяча», «Стой», «Выбивной» и их варианты «Картошка», «Штандер-мандер». Они по существу не знали границ, были известны детям и подросткам разных регионов.

В пределах одного поколения детей и подростков поддерживается интерес к определенным игрушкам: 1. – спортивные игрушки и игрушки – транспортные средства. В 1960-1980-е годы были популярны санки, лыжи, коньки, в настоящее время – ролики, скейт, самокат, велосипед, ледянки; 2. – брэндовые игрушки. В 80-годы игрушечным брэндом был кубик Рубика; в 90-е – пружинки-слинки, лизуны, фишки, роботы-трансформеры, сокс, покемоны, телепузики. В новом веке с еще сохраняющими свою привлекательность конструкторами Лего, куклами Барби и их новыми версиями – лего-биониками, Братсами, Бэби бонами, а также монстрами, Вatmenами, Spidermenами (человек-паук), Spawnами (мразь) конкурируют последние достижения игровой индустрии – интерактивные игрушки; 3. – настольные игры. В 60-е годы были популярны хоккей, футбол, шахматы, шашки, бильярд, настольный теннис; дартс, в 80-е – «Бизнес», «Банкир», «Монополия»; в 90-е – плоскостные и объемные паззлы; 4. – компьютерные игры и игрушки.

В-третьих, это игры с «короткой традицией» (в определении А.Н. Леонтьева), возникающие в дворовых, школьных, уличных игровых сообществах. Существование игр с короткой традицией поддерживается посредством обогащения игрового репертуара местными вариантами и правилами известных игр. Некоторым локальным вариантам игр приписывается несуществующая родина: «немецкие», «московские» резиночки; «немецкие салочки»; «американский мяч», «московские кулика».

Капсулирование игровой культуры в пределах поколения детей обусловливает новое качество игровых традиций. Быстрая обновляемость игрового репертуара, ориентация на умножение количества игр и их вариантов, интерес к новым игрушкам, нестабильность детского игрового сообщества, переход к персонифицированным формам игры в ситуации опосредованного общения с партнером в виртуальном мире приводят к неустойчивости и недолговечности игровых традиций.

В каждый исторический момент ситуация бытования игровой культуры характеризуется направленностью на развитие личности. Игровые традиции, представленные историческим многообразием игр, игрушек, игрового материала, форм игровой активности, создают условия для творческого присвоения личностью совокупного опыта игрового освоения человеком мира.

Проведенный нами анализ исследований игровой культуры в сложном многообразии аспектов ее изучения в рамках подходов смежных дисциплин, заинтересованных в развитии человека как личности побуждает к новому концептуальному подходу к этой проблеме. Мы полагаем, что сегодня стало возможным сконцентрировать многообразие подходов к пониманию значения игры для развития личности через контекст теоретической реконструкции традиций игровой культуры как условия развития личности.

Глава 5, – «Развитие и бытие личности в контексте традиций игровой культуры», – посвящена описанию результатов теоретической реконструкции условий развития личности. Концепция В.С. Мухиной относительно условий развития личности стала ключевой идеей нашего исследования. Мы принимаем исторически обусловленные и явленные человеку в качестве условий его развития реальности предметного, образно-знакового, природного, социально-нормативного мира в качестве формата, задающего логику анализа условий развития личности в контексте традиций игровой культуры. Для нас важными выступили следующие положения концепции В.С. Мухиной:

В основе освоения личностью предметного мира в его функциональном назначении и символической функции лежит объективно заложенное в предмете свойство обратимости – от бытия в реальности обыденной жизни к реальности свободного замещения назначений и функций.

Условия игры идеально способствуют отработке в сознании человека всего многообразия образов и знаков культуры, вошедших в поле общественного сознания.

Соприкасаясь с явлениями и предметами природы, играя, мифологизируя и практически используя природу, человек как существо историческое и онтологическое приближается к постижению ее сущности.

Человек постигает сущностные особенности социально-нормативного пространства через разнообразные способы присущей ему активности: игру, фантазирование, искусство и опыт обыденной жизни.

В своем исследовании мы рассматриваем личность как продукт индивидуально-психического развития, основной формой которого согласно Б.Г. Ананьеву, выступает онтогенетическая эволюция.