DisCollection.ru

Авторефераты и темы диссертаций

Поступления 12.09.2011

Материалы

загрузка...

Ускоренный рост сектора услуг как закономерность структурного развития постиндустриальной экономики

Перепелкин Вячеслав Александрович, 12.09.2011

 

Первая группа проблем, раскрываемых в диссертации, связана с исследованием общих вопросов анализа структуры экономики формирующегося постиндустриального общества на базе положений современной экономической теории.

Структурирование экономики осуществляется в контексте постановки к изучению более общей проблематики, задающей концептуальную направленность проведению исследования. В зависимости от того, какова теоретико-методологическая база направления экономической мысли, принятого за основополагающее, находят применение различные подходы к разделению экономики на ее структурно-функциональные части и к последующему выявлению содержания связей, устанавливающихся между ними. Марксистское деление общественного производства на два подразделения служило обоснованию теории прибавочной стоимости: производство в I подразделении средств производства, представляющих собой материально-вещественную основу применяемого для эксплуатации трудящихся капитала, растет опережающим темпом по сравнению с производством во II подразделении предметов потребления, непосредственно удовлетворяющих потребности людей. Классическая, марксистская, ортодоксальные неоклассическая и кейнсианская теории при подразделении экономики исходили из характеристик материально-вещественной субстанции выпускаемого в ее отдельных частях продукта. Теория инновационного роста, активно создаваемая сегодня на базе работ представителей неоклассической, эволюционной и институциональной концепций (Ф. Агийон, Д. Гроссман, Р, Лукас, Р.Р. Нельсон,

Д. Норт, П.М. Ромер, Дж. Уинтер, Э. Хелпман, П. Хоуитт), предъявляет свои требования к критериям структурирования экономики, определяемые целью выделения в ней крупных подсистем, быстрое развитие которых выполняло бы роль движущей силы социально-экономического прогресса в условиях становления постиндустриального общества.

Системный подход к изучению структуры объекта предполагает ее определение в качестве способа внутреннего устройства данного объекта, а точнее, способа организации его элементов в систему. Отсюда задача структурного анализа экономики состояла не только в изучении количественных соотношений между ее частями, но и в выявлении на этой основе сущностных взаимосвязей частей друг с другом и с общей экономической совокупностью. Причем укрупненные части экономики, а именно ее секторы, в силу обладания ими системными свойствами, в том числе и собственной структурой, рассматривались как самостоятельные объекты структурного анализа.

Представление о межсекторной и внутрисекторной структурах экономики долгое время формировалось исходя главным образом из изучения непосредственных результатов функционирования экономики, заключающихся в совокупности произведенных благ. Деление экономики на составные части в рамках ставшего традиционным продуктового подхода осуществляется с использованием результативно-потребительских признаков, отражающих предназначение созданных благ. Его несомненным достоинством является опора на солидные теоретические и практические наработки в областях отношений собственности на экономические ресурсы и произведенный продукт, воспроизводства общественного продукта в стоимостной и натурально-вещественной формах. К тому же при продуктовом подходе внимание при проведении структурных исследований концентрируется на собственно экономической составляющей, а сфера применения технологического подхода шире, поскольку в нее входят различные аспекты материально-технической стороны процесса производства.

Вместе с тем технологический подход дает возможность лучше отразить структурную составляющую процесса формирования постиндустриальной экономики в силу ряда присущих ему особенностей:

процессно-производственные признаки благодаря многоцелевому комплексному характеру применения современных технологий позволяют получать более системное представление о меж- и внутрисекторной структуре экономики, нежели этого удается достигать, используя результативно-потребительные признаки, связанные с отличающейся несколько меньшей степенью взаимопроникновения совокупностью продуктов;

в технологическом подходе сильнее выражена инновационная сторона структурного развития экономики, поскольку возникновение новых технологий, как правило, предшествует появлению новых продуктов;

интенсивность обновления технологий производна от долгосрочного в своей основе развития НТП, вследствие чего технологический подход ориентирован на более продолжительную перспективу, чем применяемый с учетом сложившегося положения на рынке продуктовый подход;

легче преодолевается проблема внутренней технологической неоднородности выделенных составных частей экономики, в рамках продуктового подхода решавшаяся посредством дезагрегации, приводившей к чрезмерной детализации результатов структурирования с последующим вытеснением целостного знания о ходе структурных сдвигов разрозненными фрагментарными сведениями об отдельных сторонах данного процесса.

Начало действиям по переходу от результативно-потребительных к процессно-производственным признакам меж- и внутрисекторного структурирования положила замена отраслевого деления экономики на ее разграничение в соответствии с видами экономической деятельности.

Эндогенные и экзогенные причины межсекторных сдвигов образуют единый комплекс, в рамках которого они скрыто или явно влияют друг на друга. Так, воздействие НТП, помимо структуры спроса и предложения, охватывает почти все экзогенные факторы, в свою очередь, подвергаясь их воздействию. Системное взаимодействие данного комплекса факторов является весьма сложным, поскольку в нем присутствуют как прямые, так и обратные связи, придающие данному комплексу самые неожиданные черты: от сугубо технократических до ярко выраженных экологических или социальных.

Центральное место в экономическом содержании постиндустриализма занимает концепция трехсекторной экономики, в рамках которой ее создателями А.Г.Б. Фишером, К. Кларком, Ж. Фурастье и М. Вольфом прогнозировалось возникновение экономики с ведущим и преобладающим третичным сектором. Получившее эмпирическое подтверждение положение о доминировании сектора услуг было сохранено авторами вышедшей за рамки экономической науки теории постиндустриального общества, даже когда они, подобно Д. Беллу, разделяли сектор услуг на третичный, четвертичный и пятеричный. Предметом научной дискуссии выступал не сам факт терциаризации экономики, а его причины и методология межсекторного структурирования. Эволюция нашедших применение в концепции трех секторов критериев структурирования не привела к снятию проблем в данной области, но продемонстрировала усиление влияния технологического подхода.

Анализ нашедшей применение на практике методологии структурирования экономики показал, во-первых, высокую степень совместимости двух основных международных классификаций видов экономической деятельности - International Standard of Industrial Classification of All Economic Activities (ISIC) и Nomenclature generale des activities economiqes dans les Communautes europeens (NACE); во-вторых, существование объективных причин для отставания России и Беларуси в организации этой работы от экономически более развитых стран вследствие институциональных и секторных особенностей экономик стран-союзниц. Среди таких особенностей следует отметить:

2каций видов экономической деятельности ОКВЭД в России и ОКЭД в Беларуси произошел только в 2000-е гг., причем по отношению к белорусской экономике, в меньшей степени подвергнувшейся рыночным реформам, данная мера была применена на десять лет позже, чем к российской;

предпочтение, отдаваемое при описании структуры экономики с использованием ОКВЭД или ОКЭД модели "аграрный - индустриальный - сервисный секторы" (A-I-S), применявшейся еще в ОКОНХ, перед моделью "первичный - вторичный - сервисный секторы" (P-S-T) определялось желанием представить российскую и белорусскую экономики как менее сырьевые и более индустриальные. Сделанные расчеты за период 2002-2007 гг., характеризовавшийся наивысшими темпами экономического роста в современной России, показали, что согласно разграничению по модели A-I-S индустриальный сектор нарастил свое присутствие в структуре российской экономики на 2,81%, тогда как в соответствии с разделением по модели P-S-T произошло прямо противоположное: доля первичного сектора в экономике увеличилась на 0,93%, доля вторичного сектора уменьшилась на 0,44%, а сокращение доли третичного сектора на 0,49% оказалось даже больше по величине сокращения доли вторичного сектора. Следовательно, в годы сравнительно быстрого экономического роста угроза деиндустриализации российской экономики исходила вовсе не от сектора услуг, как представлялось многим, а от экспансии первичного сектора в той его части, которая связана с добычей сырья;

применение отсутствующих в международных классификациях видов экономической деятельности низовых уровней разграничения: подгрупп, составляющих пятый уровень, и видов, образующих шестой уровень в ОКВЭД, а также подклассов, составляющих пятый уровень в ОКЭД. При этом количество подгрупп в ОКВЭД превышает количество находящихся с ними на одном уровне в ОКЭД подклассов по первичному и третичному секторам (на 7 и 55 единиц, соответственно), в чем выразилась большая по сравнению с белорусской насыщенность российской экономики видами экономической деятельности, связанными с добычей сырья и оказанием услуг. Зато по вторичному сектору число подклассов в ОКЭД оказалось на 62 единицы больше числа подгрупп в ОКВЭД, что наглядно демонстрирует в общем-то нетипичную ситуацию, когда, исходя из сложившихся структурных приоритетов, страна с экономикой, на порядок меньшей, чем в другой стране, применяет более глубокую детализацию статистических данных в масштабе такого крупного сектора, как вторичный. Указанная особенность методологии статистического учета в Беларуси может рассматриваться как следствие одновременно и реального состояния секторной структуры экономики, и сложившихся у руководства государства представлений о генеральном направлении ее структурного развития в будущем.

Вторая группа проблем диссертационного исследования посвящена анализу теоретического и практического аспектов определения услуги на понятийном уровне.

Для экономической теории традиционной стала недооценка услуги: еще А. Смит характеризовал затрачиваемый на предоставление услуги труд как непроизводительный, а К. Маркс и Т.Р. Мальтус, несмотря на противоположность их взглядов едва ли не по любому вопросу социально-экономической жизни общества, считали создание услуг выполняющим исключительно вспомогательную роль по отношению к производству материально-вещественных благ. Первым об обладании услугами большой экономической ценностью написал Ж.-Б. Сэй, но до настоящего времени, судя по глубине разработанности содержания понятия "услуга", сохраняется отношение к невещественным благам как к чему-то второстепенному.

В диссертации доказывается, что узкое, т.е. основанное на предположении об обязательности совпадения производства и потребления услуги в пространстве и во времени, толкование понятия "услуга" перестает быть действительным по отношению к услугам, оказываемым при помощи ряда мобильных факторов производства, особенно в случае использования современных электронных информационно-коммуникационных технологий. Изучение процесса конвергенции признаков услуги и продукции, когда сопровождаемая материальными компонентами услуга начинает быть все более похожей на материально-вещественное благо, и, наоборот, изготавливаемая с включением сопутствующей услуги продукция начинает терять свои родовые свойства, потребовало выработки дефиниции позитивного содержания, полноценно раскрывающей содержание услуги как понятия экономической науки.

Решению указанной задачи послужило рассмотрение услуги в контексте фаз создания добавленной стоимости, ориентированных на потенциал, на процесс и на результат. На начальной фазе создания добавленной стоимости услуга интерпретируется как еще не реализованный, но уже имеющийся у производителя услуги потенциал для проведения действий по ее предоставлению, обеспечиваемый наличием комбинации внутренних факторов производства услуги. Активное или пассивное включение в процесс производства относящихся к потребителю внешних факторов выступает условием предоставления услуги при ее понимании, ориентированном на процесс. Услуга здесь - это последовательные действия, участвуя в которых производитель и потребитель должны в достаточной степени синхронно взаимодействовать друг с другом. На завершающей фазе создания добавленной стоимости услуга рассматривается с точки зрения получаемого после завершения действий результата, выражающегося в изменении состояния внешних факторов, а именно, в возникновении, преобразовании, сохранении, восстановлении или уничтожении их определенных качеств.

Результатом комплексного исследования услуги как явления экономической жизни и научного понятия выступает авторское ее определение как возникающего в процессе производства и в большинстве случаев исчезающего после его завершения невещественного блага, имеющего вид осуществляемой с использованием принадлежащих потребителю внешних факторов производства деятельности, направленной на непосредственное получение пользы другими лицами, благодаря оказанию содействия в удовлетворении существующих у них потребностей.

Качество, издержки, цена услуги, сроки ее предоставления и точность их соблюдения тесно связаны со специфическими свойствами данного экономического блага. Производитель и потребитель услуги вынуждены учитывать в своих действиях разнообразные последствия, вызываемые наличием у нее свойств совпадения производства и потребления во времени и в пространстве, невещественности, индивидуализированности, информационной асимметрии. Поскольку есть немало потребностей, удовлетворения которых можно достигать и на основе получения услуги, и посредством использования приобретенной продукции, ускоренный рост третичного сектора отчасти свидетельствует о наличии некоторого конкурентного преимущества у услуги.

Отсутствие универсального описания характерных признаков услуги в значительной степени определяется большой неоднородностью состава фактически существующих услуг и постоянно происходящими в нем изменениями. Из-за образовавшегося разрыва между наработками в области фундаментальной теории и организацией статистического учета услуг выбор в пользу использования либо функционального признака, основанного на анализе трудовой деятельности человека, либо признака предназначения в потреблении делается прагматично, следуя сложившейся на данный момент времени конкретной ситуации. Выявленные недостатки признака предназначения в потреблении позволяют рекомендовать органам статистики по возможности максимально расширять сферу применения функционального признака в деле подразделения услуг и сервисных профессий на виды. С использованием функционального признака и разделения сервисных профессий на первичные и вторичные спрогнозирована перспектива опережающего увеличения количества рабочих мест по вторичным профессиям услуг.

Третью группу проблем диссертации составило установление объективной обусловленности ускоренного роста сектора услуг на основе проведения комплексного исследования причин, вызывающих усиление позиций сектора услуг в экономике, находящихся как на стороне спроса, так и на стороне предложения.

Благодаря синтезу неотехнологического и социологического подходов к ведению дискуссии о существовании объективной обусловленности терциаризации экономики, выработан ряд аргументов, связанных с распространением индивидуализированного образа жизни, с превращением человеческого капитала в ключевой ресурс развития, с экспансией электронных информационно-коммуникационных технологий.

В противовес получившему широкое распространение представлению о преимущественно замещающем характере связей между секторами производства продукции и услугогенерирующим сектором в диссертации обосновывается позиция, согласно которой дополняющие связи преобладают во взаимодействии вторичного и третичного секторов. При этом доказывается: поодиночке несостоятельны ни традиционный взгляд, обращенный в сторону замещающих связей, ни новая точка зрения, исходящая из комплементарных связей. В данном контексте рассмотрены утверждения о нежелательности терциаризации для общеэкономического развития, в частности из-за перемещения труда из сектора с более высокой производительностью в сектор с менее высокой производительностью. Отмечено, что расширение технологически якобы отсталого сектора услуг не затормозило, а ускорило НТП посредством создания новых рынков сбыта для передовых инновационных продуктов и технологий: в третичном секторе возрастала доля услуг, сопутствующих производству продукции, в обрабатывающих производствах внедрение новых технологий увеличивало объем деятельности по оказанию наукоемких услуг, т.е. интенсивно шло взаимопроникновение характерных для вторичного и третичного секторов видов экономической деятельности.

Сильное влияние на межсекторные структурные сдвиги оказывает интенсивное увеличение спроса на услуги по мере возрастания доходов, измеряемое при помощи коэффициента эластичности спроса по доходу. За высокой эластичностью спроса по доходу в развивающемся обществе стоит действие закона возвышения потребностей его членов. Усложнение потребностей требует соответствующей продукции и услуг, а вызываемое этим инновационное давление со стороны спроса понуждает производителей к более активному обновлению производственной программы с целью придания выпускаемым продуктам улучшенного качества или новых, востребованных рынком свойств. Оттого актуальность ведения инновационной деятельности особенно велика для производителей, поставляющих на рынки стран "золотого миллиарда" продукты, имеющие высокие значения эластичности спроса по доходу, к которым относится большинство услуг. Обязательным условием ускоренного роста сектора услуг, наряду с высоким, устойчиво растущим уровнем доходов в стране, является хорошая восприимчивость к инновациям производителей и потребителей.

Выступая результатом меняющихся с ростом доходов приоритетов в потреблении и реакций на движение относительных цен, изменения в структуре совокупного спроса связаны со сдвигами между частным потреблением, инвестициями, расходами государства, чистым экспортом товаров и услуг. Сравнительный анализ структуры использования ВВП за последние 20 лет в России, Беларуси и Германии показал определяющее влияние увеличения доходов домохозяйств на ускоренный рост сектора услуг со стороны спроса и меньшую амплитуду колебаний величин агрегатов совокупного спроса более терциаризированных национальных экономик.

Представление о производственном происхождении терциаризации порождено наблюдениями за опережающим развитием технического прогресса и вызываемым этим более быстрым ростом производительности труда в секторах производства продукции, приводящим к высвобождению рабочей силы и снижению относительных цен на выпускаемую продукцию, в результате чего доли первичного и вторичного секторов в занятости и валовой добавленной стоимости по экономике уменьшаются, а доля третичного сектора возрастает. Если в докризисный период в экономике Германии производительность труда в сельском, лесном и рыбном хозяйстве выросла на 11,3%, в строительстве - на 3,5%, а в обрабатывающих производствах - на 23,2%, то только в агрегате, состоящем из услуг торговли, проживания, питания вне дома и из транспортных услуг, было отмечено существенное увеличение производительности труда - на 10,7%, тогда как в агрегате финансовых услуг, операций с недвижимостью и услуг предприятиям наблюдалось снижение производительности труда на 2,8%.

Результатом опережающих темпов роста производительности труда в производящей продукцию части экономики стало высвобождение рабочей силы с ее последующим перетоком в трудоемкий сектор услуг. За период 2000-2009 гг. при общем увеличении численности занятых в экономике Германии на 1,21 млн. чел. произошло сокращение занятых в сельском, лесном и рыбном хозяйстве на 70 тыс. чел., в обрабатывающих производствах - на 651 тыс. чел., в горном деле, добыче нерудных ископаемых, снабжении энергией и водой – на 69 тыс. чел, в строительстве - на 569 тыс. чел. В то же время количество занятых в секторе услуг выросло на 2,48 млн. чел., в том числе в услугах по проживанию и питанию вне дома, в транспортных услугах и услугах связи - на 172 тыс. чел., в финансовой деятельности, операциях с недвижимым имуществом и в услугах предприятиям, в прочих общественных и частных услугах - на 2,22 млн. чел. В итоге соотношение удельных весов в занятости производящей продукцию и услугогенерирующей частей германской экономики изменилось на 4,3% в пользу сектора услуг.

Выявлена причина терциаризации занятости, производная от фактора неравномерности уровней и динамики роста производительности труда в секторах экономики, - это межсекторные различия уровней и динамики оплаты труда. Большое предложение труда позволяет предприятиям третичного сектора удерживать оплату и капиталовооруженность труда работников на сравнительно невысоком уровне. Представление о потенциале экономии на оплате труда в третичном секторе германской экономики дают следующие данные: в 2009 г. только по сравнению со строительством, а также с водоснабжением, сбором, обработкой, распределением сточных вод и отходов уровень оплаты труда в секторе услуг был выше (на 24,3% и 3,2%, соответственно), тогда как при соотнесении, например, с горным делом и добычей нерудных ископаемых уровень оказался ниже на 27%, с энергоснабжением - ниже на 42%, с промышленностью в целом - на 15%.

На примере Евросоюза и некоторых входящих в него государств статистически подтверждена достоверность вывода диссертационного исследования о меньшей степени подверженности терциаризации секторной структуры стоимости созданного в стране продукта по сравнению с секторной структурой занятости. Дано объяснение случаям отступления от указанной закономерности на основе изучения наряду с эффектом высвобождения еще и эффекта компенсации, суть которого состоит в следующем: идущий вслед за увеличивающим доходы хозяйственных субъектов повышением производительности труда рост спроса на продукцию, выпускаемую в секторах и видах экономической деятельности с высокой производительностью труда, в состоянии настолько расширить производство в них, чтобы компенсировать влияние эффекта высвобождения, вызывающее сокращение численности занятых в этих секторах и видах экономической деятельности.

Если анализ содержащихся в табл. 1 данных подтвердил наличие эффекта высвобождения в отношении ко всем приведенным видам экономической деятельности (за исключением строительства), то присутствие эффекта компенсации было обнаружено только в 2/3 из них. Причем там, где не проявилось действие эффекта компенсации, изменения в занятости шли динамичнее, нежели изменения в производительности труда. Из этого следуют два взаимно связанных вывода. Во-первых, при оценке степени влияния эффекта высвобождения на структурные сдвиги между видами экономической деятельности нужно принимать во внимание коррекцию, вносимую действием эффекта компенсации и стоящим за ним спросом на создаваемую продукцию и услуги. Во-вторых, при наличии значительного по силе воздействия эффекта компенсации однонаправленная динамика производительности труда и валовой добавленной стоимости разнонаправленно воздействует на изменение численности занятых, сглаживая ее динамику. В определенных условиях это приводит к нетипичной для сектора услуг, но отмечаемой в эмпирической части исследования ситуации, когда удельный вес сектора услуг в численности занятых оказывается меньше, чем в созданной валовой добавленной стоимости.

Таблица 1

Отклонения индексов производительности труда, валовой добавленной

стоимости и численности занятых в основных видах экономической

деятельности от соответствующих индексов по всей экономике Германии

в 2008 г., индекс (2000=100)*

Вид деятельности Индексы