DisCollection.ru

Авторефераты и темы диссертаций

Поступления 10.10.2011

Материалы

загрузка...

Профессиональная лексика русского языка: структурно-семантический, функционально-стилистический и когнитивный аспекты

Сердобинцева Елена Николаевна, 10.10.2011

 

Наряду с лексико-семантическим словообразованием в нашем материале встречаются примеры морфолого-синтаксического способа производства профессионализмов, например левый - автобус, выполняющий незапланированный рейс. Они близки к компрессионным образованиям с конденсацией, но характеризуются изменением синтаксической функции, грамматической категории и статуса морфологических частей слова, а не просто усложнением его содержания. Морфолого-синтаксический способ, как известно, переводит слово из одной части речи в другую. В наших примерах наблюдается перевод числительных, прилагательных и причастий в класс имен существительных.

Справедливо замечание о том, что «субстантивацию вполне возможно охарактеризовать как метонимию, отягощенную изменением синтаксической функции (прилагательное/причастие ( существительное)» (Журавлев, 1982), например метонимия: пиджак - пассажир, который платит за проезд в такси выше тарифа; субстантивация: жирные - пассажиры, которые не берут сдачи при оплате проезда в такси. Однако при субстантивации прилагательных возможны и метафорические переносы, например самолет И-16 - курносый самолёт - курносый.

Субстантивации подвергаются изредка причастия: стригущий - полет низко над лесом (авиа.), а также некоторые числительные, обозначающие порядковые номера в буквенно-числовом наименовании: пятьдесят третий - машина ГАЗ-53 (авто.). Субстантивация числительных особенно распространена в авиации, где название дается не только по номеру марки самолета, но и по номеру машины, который она получает на данном аэродроме, где базируется одновременно много самолетов одной марки.

Морфологическое словообразование по сравнению с лексико-семантическим способом в наших материалах занимает скромное место (20%). Здесь нельзя не отметить возникающие трудности квалификации способа образования.

Различным переосмыслениям подвергаются как непроизводные, так и производные слова из общего употребления. Считать ли их образованиями в данной сфере и определять морфологические средства и путь образования или это переосмысление, нарушающее морфологическую структуру, при котором морфемы теряют свое словообразовательное значение и слово перестает члениться на морфемы? Дать однозначный ответ на эти вопросы нелегко.

В разговорной профессиональной речи авиаторов употребляются, к примеру, такие однокорневые слова: бортик и бортач. В общем употреблении существительное бортик мотивировано корнем «борт» со значением «стенка судна, бильярда» и суффиксом -ик- с уменьшительным значением. Суффикс -ач- в литературном языке не может соединяться с данным корнем. Суффикс производит только одушевленные существительные и не развивает значение неодушевленных. Учитывая это, выясняем, что корень «борт» - это часть сложного слова «бортмеханик», «бортинженер» и вместе со второй частью выражает «лицо определенной специальности». Конденсируя в себе смысл сложного слова, эта часть соединяется как с суффиксом -ик-, который способен производить и одушевленные существительные, так и с суффиксом -ач-, обозначая лицо по объекту его занятий. Каждый из них вносит свои экспрессивные оттенки, наслаивающиеся на объективное значение лица. В данном случае пример представляет собой морфологическое словообразование. Здесь важно учитывать роль соотношения корневой и аффиксальных морфем.

Не исключено, что в нашей работе учтены не все возможные соотношения разных способов порождения профессиональных номинаций. Но очень важно установить, какие средства и пути используются при этом.

Основной единицей морфологического словообразования является словообразовательный образец, или структурная схема производных слов (Янко-Триницкая, 1976). Классифицировать образцы можно по различным основаниям. Поскольку система словообразования профессионализмов в нашей работе рассматривается не как самостоятельный отдельный предмет, а лишь как один из путей пополнения данного лексического пласта, постольку в основание классификации берется не один словообразовательный принцип, а несколько, чтобы словообразование не отрывалось от лексики и семантики слова. Поэтому морфологическое словообразование нами рассматривается с учетом способа образования номинаций и тесно связанных с ним: а) семантики производного слова (названия предметов, процессов, признаков, лиц, функций, места, выражение экспрессии и др.), б) деривационных аффиксов. Сходство и различие образцов, их внутреннее устройство определяется характером соединяемых в слове морфем, их отношением между собой. Это внутреннее устройство может быть своеобразным у простых слов и сложных слов.

Значительно представлены в нашем материале составные профессионально-производственные наименования в форме словосочетаний. Структурно преобладают простые двухсловные.

Наличие составных многокомпонентных наименований вызвано стремлением к точности, необходимостью отразить в названии несколько признаков, хотя некоторые считают, что «поликомпонентные термины» нежелательны, поскольку не обладают деривационной продуктивностью (Красней, 1975) и громоздки для разговорной речи.

Некоторые составные профессионализмы превратились во фразеологические названия: случайный шум - белый шум (электр.).

Как и в современном русском языке, профессиональные наименования в диалектах представлены простыми и составными номенами.

Словообразовательному анализу подверглось около 2000 простых профессиональных наименований. Наиболее распространенным способом образования диалектных профессионализмов является морфологический, которым образовано более 90% исследованных единиц.

Все диалектные профессиональные наименования классифицированы по моделям, как и современные профессионализмы. Основное положение в номинации морфологическим способом сходно у данных пластов.

Лексико-семантический способ образования новых слов в диалектных профессионализмах не распространен: еж – орудие для прополки огурцов, капусты (земл.), а в торговой лексике не обнаружен.

Морфолого-синтаксический способ обнаружен в единицах имен существительных: вольный – частный торговец (торг.). Лексико-синтаксический способ образования профессионализмов в диалектной лексике не обнаружен.

Составные наименования представлены в выборке диалектных профессионализмов незначительно двусоставными наименованиями: обуточная игла (обув.).

Производство диалектных профессиональных названий заметно отличается от образования современных профессиональных единиц способами словообразования.

Во второй главе «Функционально-стилистические особенности профессиональной лексики» подводится социолингвистическая база для обоснования объективности выделения профессиональной речи в специальный дискурс. Рассматривается понятие социальности речи (В. фон Гумбольдт, Ф. де Соссюр, Г.О.Винокур, М.М.Бахтин, М.Р. Львов, В.М. Жирмунский, Н. М. Каринский, Б. А. Ларин, Е Д. Поливанов, A. M. Селищев, Н. В. Сергиевский, В.В. Виноградов, Л.П. Крысин, А. Д. Швейцер, Ю.Д. Дешериев, Ю.М. Скребнев, Н.Б.Мечковская, В.И. Карасик, П.Бергер, Т.Лукман, Е.Н. Зарецкая и др.), как одной из основных качественных характеристик профессионализмов.

По мнению ученых (Ю.М.Скребнев, Е.С. Кубрякова, Е.Б. Козеренко, И.П. Кузнецов и др.), язык «может быть представлен в виде некоторой стереометрической фигуры, в которой горизонтальные срезы разделяют уровни, вертикальные же срезы выделяют субъязыки». Субъязык обслуживает ограниченную коммуникативную сферу. Определение этой сферы позволяет затем гипостазировать субъязык. Профессиональные слова, являясь частью лексической парадигмы общеязыковой системы, обслуживают четко определенную сферу профессионально-производственных отношений. Таким образом, выявляется как социальная, так и лингвистическая ценность рассматриваемого явления, что определяет закономерность гипостазирования профессиональной речи как подсистемы национального языка, существующей в более мелких субъязыках конкретных профессионально-производственных отраслей.

Для выявления характерных черт профессионального дискурса необходимо определить сферу его бытования, поэтому в работе подробно рассматривается понятие «разговорная речь» и связанные с ним варианты «городская речь», «бытовая речь», «устная речь», «просторечие» (Ф.П.Филин, Е.А.Земская, Ю.А. Бельчиков, Л.И. Баранникова, В.Д. Девкин, Л.А. Капанадзе, Т.В. Матвеева, Д.Н. Ушаков, М.Н. Кожина, Н.С. Валгина, Д.Э.Розенталь, М.Н.Фомина, О.А.Лаптева и др.), одной из главных характеристик которых является понятие «кодификация». Данный термин часто используется лингвистами как базовая характеристика основных понятий науки (Н.Б. Мечковская, А.М. Пешковский, Б.Н. Головин; Д.Н. Шмелев, В.В. Виноградов, Ю.А. Бельчиков).

Проведенный анализ показал аморфность дефиниций рассматриваемых понятий. Допускается «синонимичность в употреблении «устная форма речи», «устная речь», «разговорная речь» (Сердобинцев, 1983). Однако ученые едины в выделении основных константных или типовых особенностей разговорной речи, которые носят как лингвистический, так и экстралингвистический характер (Е.Н. Земская, 1979, М.Н. Кожина, 1983, О.А. Лаптева, 1990, Т.В. Матвеева, 2003, Д.Н. Шмелев, 1977, Н.Я.Сердобинцев, 1983 и др.).

«…Будучи первичной в генетическом плане, разговорная речь имеет свою преимущественную сферу употребления – обиходно-бытовую, где она оптимально выполняет коммуникативную функцию и развивает соответствующие средства, используемые в устной диалогической форме собеседниками… Разговорная речь – это устная речь носителей русского языка в указанной сфере общения. Однако она не замыкается только в данной сфере. С появлением в обществе других сфер деятельности, требовавших иных видов и форм реализации языка, возникают новые функциональные разновидности речи, а разговорная перестает быть единственной и становится в один ряд с возникающими функциональными образованиями» (Сердобинцев, 1983). Одним из таких образований является профессиональная речь.

Далее мы выявляем основные черты коммуникативного акта в условиях профессионального общения.

В научной сфере синонимом к номену «общение» используют термин «коммуникация» (лат. communicatio от communicare – делать общим, связывать; путь сообщения, форма связи), в толковании которого нет единства, хотя внимание ученых к проблемам коммуникации активно привлечено с 60-х годов ХХ века и зарубежная лингвистика насчитывает более сотни определений данного понятия. Такое положение объясняется многоаспектностью данного явления (Д.Льюис и Н.Гауэр, Ч. Кули, Е.Н. Николаева, В.П. Конецкая и др.).

Языкознание обращается к проблемам речевой коммуникации, которые рассматриваются в антропоцентрической или функционально-коммуникативной лингвистике (теории речевых актов, теории текста, теории высказывания, теории дискурса). Однако в лингвистической коммуникативистике нет однозначного подхода к определению рассматриваемого понятия (Т.В. Матвеева; В.А. Звегинцев; Е.В. Клюев, О.Я. Гойхман; Т.М. Надеина; Ю.Н. Караулов, и др.). Лингвисты по-разному рассматривают и составные коммуникативного акта, неизменными остаются лишь следующие компоненты: адресант, (отправитель информации, кодирующий ее), контакт (речевая ситуация), референт, код (сообщение, текст), адресат (получатель информации, декодирующий ее).

Основополагающую роль в общении играют «коммуникативная и речевая личности» (Караулов, 1989), которым коммуникативный акт обязан своим возникновением. Главным звеном является «передающая» инстанция – адресант. Именно он берет на себя ответственность за начало, продолжение и завершение разговора. Адресант, исходя из личной потребности и желания организовать коммуникативный акт, должен учитывать готовность адресата к речевому взаимодействию, которая заключается в понимании мотива адресанта, в информированности относительно референта (объекта действительности, взятого для обсуждения) и владении единым тезаурусом. При отсутствии хотя бы одной составляющей коммуникативного акта общение будет нарушено.

Одной из главных ценностных установок человека, мотивирующих направленность его действий, является принадлежность к определенному замкнутому сообществу. Таковым выступает группа специалистов определенной профессии, создающая тезаурус, в пределах которого происходит общение и зарождаются определенные традиции этого общения. Знание этого словаря профессиональной речи является важным условием успешной коммуникации. В противном случае информация либо не будет воспринята, либо дойдет до получателя в искаженном виде. В профессиональном общении это недопустимо, т.к. происходит нарушение производственного процесса и может провоцироваться ситуация, представляющая опасность для жизни

Применение в речи профессионализмов, понятных для группы людей объединенных профессиональной деятельностью, в свою очередь способствует повышению быстроты мышления, т.к. «речь есть процесс превращения мысли в слово, материализация мысли» (Выготский, 1934) и, таким образом, развитие интеллекта. Быстрота мышления способствует повышению реакции человека, которая делает производственный процесс более успешным.

Речевые действия складываются в речевую деятельность (Миньяр-Белоручев, 1980), представляющую речевое поведение, которое рассматривается как «совокупность конвенциональных (осуществляемых в соответствиями с правилами) и неконвенциональных (осуществляемых по собственному произволу) речевых поступков, совершаемых индивидом или группой индивидов» (Клюев, 1998). Речевое поведение формирует определенный дискурс.

Толкование понятия дискурс можно проследить еще в словарях 19 века. Однако до сих пор нет единства в его толковании (Н.Д. Арутюнова, 1988, В.З. Демьянков, 1982; Н.Н. Миронова, 1998; В.Е.Чернявская, 2001, В.В. Богданов, 1993, Т.М.Николаева, 1978, И.П. Сусов, 2007). Понятие «дискурс» многозначно и наполняется конкретным смыслом в зависимости от научной традиции школы его использующей. Мы присоединимся к пониманию дискурса как сложного коммуникативного явления, «включающего кроме текста, еще и экстралингвистические факторы (знания о мире, мнения, установки, цели адресата), необходимые для понимания текста" (Петров, 1989). Многообразие сфер деятельности человека обусловило существование большого количества дискурсов.

Изучение дискурса в современной лингвистике определяется двумя аспектами - когнитивным и коммуникативным. Профессиональный дискурс обширен и разнообразен, т.к. включает в себя целую систему отраслевых дискурсов. Однако у всех профессиональных отраслевых дискурсов есть общие черты, позволяющие выделить их в отдельную систему. Первая из них - естественность речи, подразумевающая чаще спонтанный выбор тех языковых средств, которые обеспечивают максимальный комфорт в коммуникации.

Речевая ситуация, как составляющая коммуникативного акта, играет важную роль в формировании профессионального дискурса. Являясь исходной точкой речевого действия, она конкретизирует смысл информации в зависимости от обстоятельств, в которых происходит речевое взаимодействие. Профессиональный дискурс характеризуется «полуофициальностью» коммуникативной ситуации, где главную роль играют правила речевого поведения, выработанные в процессе социального взаимодействия, а не этикетные нормы. Это определяет вторую черту, характерную для всех отраслевых дискурсов, а значит общую для профессионального дискурса. Именно неофициальный характер профессионализмов, составляющих профессиональную речь, служит главной отличительной характеристикой от терминов.

Таким образом, профессиональная лексика представляет специфическую совокупность номинаций, которая сформирована из ресурсов языка и предназначена для выполнения задач оптимального общения в каждой производственной отрасли.

Выделение функционального аспекта и рассмотрение функционирования терминов и профессионализмов в различных производственных сферах считает необходимым и закономерным ряд исследователей (Даниленко 1977, Толикина1970 и др.).

Обозначив особенности понятия «функция» как способность (потенциал) выполнять определенные назначения и реализацию данной способности, результат функционирования во взаимодействии со средой речи, мы рассматриваем, как потенциальная функция слова преобразуется в функцию реализованную, конкретизируясь в речевом акте взаимодействием с функциями других средств, ситуацией профессионального общения, которое накладывает ограничения на отбор и на употребление соответствующих языковых средств.

Языковой компонент профессиональной коммуникации должен полностью удовлетворять запросы как отправителя, так и получателя речи, быть «индивидуальным» и «универсальным» одновременно в пределах одного языкового коллектива (Колшанский 1984). Универсальное проявляется в номинативных профессиональных наименованиях (брожение – сбраживание заварки; вальц – вальцевый станок, круг – циркуляционный стол для сортировки хлеба – в хлебопекарной промышленности), индивидуальное – в профессиональных названиях, имеющих коннотации (самотаска – транспортная лента с ковшами, вертолет – круг для готового хлеба, драньё – очищенное зерно – там же). Коннотативная окраска профессионализмов помогает реализовать целевые установки императивной речи: эмоциональное воздействие на адресата речи и эмоциональное выражение адресанта речи. Так выражаются категории объективности и субъективности в профессиональной речи.

Номинативные профессионализмы составляют 40% от анализируемого количества материала. Одни из них передают только логико-предметную информацию и связаны с речевой функцией сообщения. Другие номинанты в своем функционировании связаны не только с назначением речи сообщать что-то, но и общаться, поэтому в их значении содержится окраска разговорности. Таких номинативных профессионализмов абсолютное большинство. Функционируют в роли профессиональных номинаций и такие, которые относятся не только к предметному денотату, но и выражают коннотативные значения. Они могут использоваться в разговорной речи предназначенной как для сообщения, общения, так и для воздействия.

Несколько больше профессиональных номинаций, в семантической структуре которых коннотации преобладают. Они функционируют с целью воздействия. Коннотации в профессиональном слове соседствуют с денотатом и могут быть языковым элементом, «а не только речевым образованием» (Шаховский, 1979). Коннотативные компоненты – оценочность, эмоциональность и экспрессия – нередко семантически являются более информативными, чем денотативные, они обычно не имеют нейтральных коррелятов.

Благодаря этому номинативы определенной профессиональной сферы могут тесно связываться с конкретной ситуацией, которая может стать интенсификатором коннотаций некоторых номинативов: бабовоз, гужбан (авиа.).